Сьогодні:24 November, 2020

«Горячая точка» мирового фармрынка

Что значит цена для украинского потребителя лекарственных средств? В общем-то, все. Покупательская способность у нас по-прежнему остается на низком уровне, хотя тенденция позитивная и, по разным прогнозам, в ближайший год аптечный ритейл вырастет в долларах примерно на 12 %. Конечно, здесь велика заслуга и самих аптек. Желая как-то нивелировать негативное влияние ценового вопроса, многие участники рынка проявляют чудеса изобретательности, предлагая людям самые неожиданные сервисы и продукты, от аптечного мороженого до сдачи анализов «здесь и сейчас». А как решают проблемы с ценами в других странах? Оказывается, в этой беде мы не одиноки…

Обходными путями

Два года назад PharmaChief уже делал обзор подходов к формированию цены на мировом фармацевтическом рынке. Однако в последнее время в этом отношении произошли кое-какие изменения. Буквально на днях даже разгорелась парочка крупных скандалов, отражающих общую тенденцию. А тенденция, как всегда, напоминает ситуацию из анекдота: «Лето пришло. Народ в автобусах разделился на тех, кому душно, и тех, кому дует». Если приложить эту житейскую мудрость к рынку лекарственных средств, то фармкомпании стремятся заработать больше, а правительства разных стран, особенно тех, где действует система медицинского страхования, – заплатить им меньше.

И аптека – как всегда, на стыке противоположных интересов. Хотя, как показывает недавний опыт, зарубежные коллеги тоже своего не упускают. Например, в Великобритании неделю назад газета The Times сообщила о том, что аптечная сеть Boots продавала используемый онкобольными обезболивающий ополаскиватель для полости рта, который стоит 93 фунта стерлингов ($123), за 3,2 тысячи фунтов ($4,27 тысячи). А по счетам платила Национальная служба здравоохранения Англии (NHS). Британское издание The Times выяснило, что Boots воспользовалась лазейкой в регулировании, позволяющей поставщикам устанавливать свои цены на некоторые дорогостоящие препараты, используемые для терапии хронических заболеваний. Сеть по крайней мере пять раз заказывала у поставщика, принадлежащего материнской компании, ополаскиватель для полости рта, используемый для лечения пациентов с воспалениями, вызванными химио терапией. За каждый заказ компания выставляла NHS счет на сумму от 1,84 до 3,22 тысячи фунтов стерлингов при реальной стоимости препарата 93,42 фунта.

Ранее Boots выставляла NHS счета на 2,6 тысячи фунтов за снотворные, которые могут стоить 1 фунт; на 3,2 тысячи фунтов – за болеутоляющее ценой менее 1 фунта за упаковку, и 45 фунтов – за таблетку противоязвенного препарата стоимостью всего 13 пенсов. В Boots все обвинения отвергли. Расхождения со средними закупочными ценами, как утверждают в Boots, единичны, это происходит, если исполняется специальный срочный заказ, под индивидуальные нужды пациента. Власти Великобритании поручили Управлению по защите конкуренции и рынкам изучить этот вопрос, а также напомнили об изменении законодательства, позволяющем строже контролировать аптечные организации и производителей лекарственных средств. В случае обнаружения сговора, как заверили чиновники, средства будут возмещены NHS, а участники сговора – наказаны.

Конечно, для украинских аптек, которые в первый год девальвации гривны принял на себя 100 % инфляции из имеющихся 300 % и постоянно ищут способы удешевить ассортимент для потребителя, такой подход – что-то совсем уж неожиданное. Зато подобные примеры за рубежом лишний раз позволяют нам собой гордиться.

Молчание фармацевта

А вот еще один интересный нюанс: в Украине каждый провизор в курсе, что при наличии двух препаратов с одинаковым действующим веществом, но имеющих разницу в цене, необходимо проинформировать посетителя аптеки об этом интересном обстоятельстве. Оказывается, такая практика в ходу далеко не во всех странах. Так, в США во многих штатах в контрактах фармацевтов с компаниями, управляющими льготным обеспечением лекарствами (PBM), прописаны положения, не дающие им права сообщать пациентам о том, что какой-либо препарат за наличные обойдется дешевле, чем по страховке. Иными словами, фармацевт не может посоветовать пациенту заплатить за препарат от ОРВИ, скажем, $100 наличными, а не $125 по страховке. Однако сегодня ситуация начала меняться. По данным Национальной конференции законодательных собраний штатов, в пяти штатах страны приняты законы, позволяющие сотрудникам аптек помогать покупателям экономить деньги, и еще минимум в десяти штатах принятие аналогичных нормативных документов не за горами. В PBM, в свою очередь, заявляют, что они, наоборот, снижают цены на лекарства для своих клиентов, согласовывая их с производителями и ритейлерами. Тем не менее их деятельность попала под пристальное наблюдение. Группа экономических советников при президенте США в своем докладе указывает, что крупные PBM обладают чрезмерным влиянием на рынок и получают огромные прибыли.

Инновации и закон

Уменьшить ценовое бремя на государство и потребителя сейчас стремятся разными способами во многих странах. Где-то, как в США, меры по удешевлению лекарственной продукции начинаются с выявления игрока, который получает наибольшую выгоду от существующего положения вещей, и тогда его пытаются сдвинуть с сильной позиции. В других странах ситуация регулируется самим рынком. Например, в Индии упали цены на новые противодиабетические препараты на 80 % за счет увеличения доступности в Индии препаратов на основе вещества gliptin. Это связано с выведением на рынок новой молекулы – teneligliptin, которая уже сейчас занимает около 20 % рынка терапии сахарного диабета. Таким образом, развитие фармацевтической науки – один из основных драйверов здоровой ценовой конкуренции. Самый распространенный путь снижения цены – это прямое регулирование рынка, к которому в той или иной форме прибегают многие страны из обоих полушарий. Например, в Китае действуют особые меры для сдерживания цен на лекарственную продукцию, особенно на патентованные препараты. Великобритания придерживается жесткой ценовой политики в отношении лекарственных средств, которая изложена в своде правил Pharmaceutical Price Regulation Scheme. В последние годы эти правила уже заставили фармацевтические компании снизить цены на 3,74 %. В Германии уже семь лет действует закон, согласно которому цены на некоторые препараты остаются на уровне 2009 года. Появился он после того, как эксперты пришли к выводу, что если цены не сдерживать искусственно, это приведет к дополнительным расходам в системе социального страхования на сумму примерно 600–700 млн евро.

Этим же путем идет сегодня и Франция. По мнению французского правительства, необходимо бороться с непомерно высокими ценами на инновационные препараты, не лишая при этом ведущие фармацевтические компании финансового стимула для новых разработок. Предполагается, что на борьбу с ростом цен могут уйти годы, однако инициировать этот процесс необходимо. В последнее время лекарственные средства подешевели в Италии, Испании и Греции. Другие европейские страны, например Болгария, выбрали путь «заморозки» цен, чтобы избежать их дальнейшего повышения. В Бразилии также подошли к вопросу относительно мягко: по решению бразильского регулятора CMED, контролирующего ценообразование на нацио нальном рынке ЛС, фармкомпании могут повышать цены на свою продукцию не более чем на 5,68 % в год. Эксперты отмечают, что максимально допустимый уровень роста цен на препараты, который был озвучен, является самым низким в Бразилии за последние пять лет. В Латвии снижены цены на 251 компенсируемое лекарственное средство, причем снижение цены составляет от 1 % до 51 %, что позволяет покупать препараты большему числу пациентов. Та же тенденция по снижению цен наблюдается и на соседних рынках. Например, в Беларуси, по данным Национального статистического комитета, цены на отечественные и зарубежные лекарственные средства за последний год снижены по ряду позиций. Минздрав совместно с РУП «Белфармация» разработал и реализует комплекс мер по снижению цен на отечественные препараты и лекарства зарубежного производства (ряд наименований) до их уровня в сопредельных государствах. В Азербайджане похожая ситуация: в соответствии с осуществляемой политикой значительно снижена цена на 2557 лекарственных средств, из них 29 % подешевели более чем вдвое, и 11 % – более чем втрое, по сравнению с ценами прошлых годов. В целом же снижены цены на 90 % медикаментов.

Курс на потребителя

Если подвести итог, то цена остается самой «горячей точкой» фармы, и на этом поле ведутся кровавые битвы в любом уголке планеты. Способы «поторговаться» у всех государств разные и зависят от рычагов, которые имеет в своем распоряжении то или иное правительство. В то же время даже в наиболее развитых странах участились случаи ценового мошенничества на всех уровнях. Где в этом всем находится Украина? Пожалуй, на стыке клиенториентированного подхода и желания сохранить рентабельность. Посетитель украинской аптеки по-прежнему крайне чувствителен к цене. Он уже не спрашивает «Почему так дорого?», не охает и не ужасается. Чаще всего молча выслушивает сумму и принимает решение, покупать или нет, исходя из крайней необходимости в лекарственном средстве («Да, куплю, не могу без него обойтись» / «Нет, не куплю, могу потерпеть, само пройдет»). Скорее всего, понимание реальных возможностей среднего украинского потребителя и является главным инструментом по сдерживанию цены на нашем рынке. И хотя данный тренд не самый позитивный, в итоге на рынке остаются только лучшие игроки, которые нашли для себя нетривиальные способы неценовой конкуренции. И зарубежный опыт, такой разный и шумный, лишь убеждает в том, что курс проложен верно.

Источники: Lancet; FirstWordPharma; The Times; The New York Times; Pharmafile.


Гарна стаття, чи не так? Поділіться з друзями!

Facebook